Его зовут Роберт Эльбрусович. Высокий, слегка нескладный, в очках с толстой линзой, которые в одночасье сдают с головой глотателя книг. 

Сами книги тут же — навалены горой прямо на кухне. Это история, этнография, эпосы. За то недолгое время, что я проведу во Владикавказе, он будет гордо приносить ещё — старые, в потёртых обложках, видимо, купленные на улице с рук.

Ещё с порога он начинает рассказывать про какого-то аланского бога, которого называет «менеджером по насланию и забиранию болезней».

Говорит на чистейшем русском, без примеси характерного осетинского акцента. При этом легко переходит на родной иронский диалект*. Время уже за полночь, но он живо интересуется всеми матерными тагальскими** словами, что мне известны. Поэтому я уже знаю, кто передо мной.

Рюкзаки и походная снаряга в комнате, осетинские пироги в холодильнике, в доме постоянно останавливаются путешественники. Роберт хост на каучсерфинге. Его самый любимый гость — Антон Дряничкин, самостоятельный путешественник и знаток Бангкока. 

Сам Роберт никогда не был за границей. За границей своих родных гор, где до сих пор стоят на посту древние башни, построенные руками его предков. На вопрос почему, отвечает:

— Я путешествую по миру через людей, через вас. 


И тут же начинает сокрушаться, почему я не знаю ни одного индонезийского анекдота. По его мнению, этот жанр фольклера даёт наиболее полное представление о культуре и менталитете народа. Сам он, конечно же, копилка осетинских анекдотов.

Я сижу и слушаю его с замиранием сердца. 

В наши дни почти не осталось таких, как он. Тех, кто живёт в современном мире и одновременно в том, которого больше нет. Кто родился с уникальной способностью чувствовать связь времён и с точностью до миллиметра назовёт своё место в истории человечества.


Уже три года он таскает в горы всех от мала до велика. И заодно лучших представителей ученого состава республики — чтобы те рассказывали людям о этнических склепах, некрополях, наскальных крепостях, боевых и сторожевых башнях. Думаю, как каждое нужное и важное дело, это не приносит большого дохода. 

— Надо варить в походах томатный суп с креветками! — решает Роберт. — Во Владикавказе несколько клубов, что водят по горам, но супов никто не варит! 

Это грустно и смешно, что людей надо кормить для того, чтоб они ехали туда, куда должны бежать голодными. 

Хотя суп с креветками — хорошо, чего уж грешить.

На прощанье он выдаёт мне осетинское пиво. И шагая к Крестовому перевалу, я ещё слышу его слова:

— Вообще-то осетинское пиво никогда не было сладким. Но когда в войну все мужчины ушли на фронт, пиво стали варить женщины. Вот они-то и добавили сахарку!

* Современное население Северной Осетии наравне с русским говорит на двух диалектах — иронском и дигорском.

** Тагальский (tagalog) — диалект, на котором говорят жители Филиппин.


Сын Эльбруса

Сын Эльбруса: 1 комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *