Неудачников режут по вечерам. Те, кого с утра или днём, к вечеру отходят и бодро перемещаются по отделению от курилки до столовки. А ты обречён сидеть на кушетке перед операционной — голодный, замёрзший, окончательно растерявший своё внутреннее мужество.  

— Какая по счёту операция? — спрашивает анестезиолог.

— Четвёртая.

— Фью! Что же ты так жить не хочешь?! 

Я хочу сказать, что это уж полная чушь, но стремительно лечу в черноту, где невероятно огромными глыбами что-то взмывает ввысь, и оттуда, сверху, сыпятся, как звезды, тысячи разноцветных светлячков. 

Я узнаю их сразу же. Фары! 

Это трасса из Бишкека в Джалалабад. Таблички по обочинам сообщают о сходе снежных и селевых лавин.  


Наша фура неспешно кружится в танце, и я долго думаю о том, что мне так нравится имя водителя — Марат — что, пожалуй, назову им сына.

Закладывает уши — мы поднимаемся все выше и выше. За спиной остался хрустальный Иссык-Куль, на берегу которого мы живём в юртах у женщины по имени Желдыз. 


Это Желдыз расскажет мне, что на флаге ее страны изображено вовсе не солнце, а тюндюк*. Что к имени всех уважаемых людей здесь надо добавлять «аке». И ещё про то, какими раньше здесь были воины — на красивых статных конях, под расшитыми золотом флагами с волчьими головами.  

Я навсегда унесу с собой вкус яблок из сада Желдыз. Яблоки растут прямо вокруг юрт. Целый сад. На здешнем языке яблоневый сад будет «Алмалу». Яблоки такие сочные, хрустят на зубах. А вдалеке белеют снежники гор, похожие на белые шапки, которые тут носят аксакалы. Черные кони бродят по долинам — чабаны ещё пасут табуны, хотя уже осень, желтые листья несёт по обочинам. 

Эта страна так ослепительно красочна, будто с небес после дождя в неё рухнула радуга. 

 А я вижу это своими глазами. Как я могу не хотеть жить?

В моих ушах до сих пор звенят горные реки. И сказочные истории о наркотрафике из Китая. Хотя, может, и не настолько они сказочны. 

Оля говорит, что наркоторговцы недавно в Аксуйке отрезали какому-то многоуважаемому охотнику голову. 

Оля и муж ее Коля — русские, хотя родились и прожили жизнь тут, а с нами они познакомились днём у рынка. Им вообще здесь нравится. Ужасно только, что Фрунзе потерял своё гордое название, став Бишкеком, и ещё то, как хоронят здесь людей.

Они из могилы роют в бок комнату и кладут туда покойника не в гробу, а в белом саване. Потом почву размывает селями и кладбища зияют дырами с этим белым.

Говорят, товарищи из наркотрафика сразу берут с собой на высокогорные тропы такие саваны. На всякий случай. Неужели они тоже не хотят жить? 


Страшно представить, как умирать в такой красоте. Под перевёрнутым ковшом звездного неба.  

Страшно уходить из этого уютного мира, где Гоша — спившийся сторож горячих источников в Джылы-Су — жарит для нас в казане картошку и на превосходном русском рассказывает о своей хипповой молодости в клешах. Страшно не увидеть никогда эти красные от глины горы и реки. И луну, под которой в мечетях совершают намаз. Нет, я хочу жить! Невероятно хочу.


— Да, понял я уже, ну вот заладила!

Вместе с голосом анестезиолога все краски стремительно рассыпаются о серые углы палаты. Но я гляжу на них с облегчением. Все кончено, и мне уже вешают капельницу с обезболивающим. Анестезиолог долго ищет иголкой вену и я вижу как в шланг затекает кровь…

Красная кровь. Красные горы. Красные реки. 

Должно быть, я говорю это вслух, потому что анестезиолог оживляется:

— Где это?

Я с трудом поворачиваю во рту сухой язык и шепчу имя чудесной, навсегда оставшейся в моем сердце страны. 

— Вот как. Тянь-Шань. Ну, через два месяца снова скакать будешь, коза горная! Не забудь, фотку пришли.

* тюндюк — верхнее отверстие в юрте для света и отвода дыма.

Красные горы, красные реки

Красные горы, красные реки: 2 комментария

  • Май 26, 2017 в 3:59 дп
    Постоянная ссылка

    Вика, ты прекрасна!
    Ты распахнута, как этот мир, чиста и невероятно живая!

    Живая, слава Богу!

    Я люблю тебя, как люблю эту Жизнь!
    Как дерево, море, небо, ветер, ребенка…
    Бессильно потрясаю руками, не в силах выразить Словом то, что я чувствую к тебе!)

    Лови Жизнь!
    Ты удивительна!

    Ответить
  • Сентябрь 29, 2017 в 1:23 пп
    Постоянная ссылка

    Вика, замечательные ты рисуешь картинки: все так точно, так лаконично и — в то же время — очень чувственно. За каждым твоим словом стоит уважение к миру и людям, которые его населяют. За каждым твоим словом стоит большая любовь и большая боль — неизменная, вечная ее спутница. Ты очень талантливый человек, Вика: ты живёшь с открытыми глазами.

    Ответить

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *